Бьякуя вошел в свою старую комнату. Здесь практически ничего не изменилось. Только запах... запах нежилого помещения. Откуда берется этот запах, если комнату регулярно убирали и проветривали? Бьякуя не знает. Он осматривает все. Старинные гравюры, изображение горной сосны на фасума и старенький китайский колокольчик в проеме седзи. Мужчина шагает к окну и едва касается указательным пальцем бирюзовой, пости выцвевшей ленты, колокольчик тут же откликается нежным перезвоном. Бьякуя улыбнулся. Это единственная память о матери. И этот колокольчик будет висеть тут всегда. Как напоминание. Нопоминание о том, кто есть Кучики Бьякуя.
Он подходит к чемодану, принесенному в комнату слугой, и откидывает крышку. Как мало вещей в сущности надо.... Бьякуя берет в руки портрет Хисаны и долго смотрит в добрые глаза.
- Я любил тебя... Останься ты со мной и я полюбил бы тебя еще сильнее и любил бы только тебя.... А теперь?
Бьякуя ласково провел рукой по лицу на фотографии.
Чуть позже Бьякуя отнесет портрет к семейному алтарю и поставит рядом с фотографией матери. Его мать никогда не была частью семьи, но ему позволили поставить потрет вскоре после рождения Урью. Бьякуя, тогда еще мальчишка, поверил бы в доброту отца, если бы не знал, что об это тут же стало известно за пределами дома.  Чтож, если ему позволили это только ради безопасности Урью, то Бьякуя сделает все, чтобы братик был в безопасности. Да, именно с портрета матери на семейном алтаре началась любовь к Урью. И во что она вылилилась....

----> Больница.
Бьякуя сидел на заднем сиденьи машины, закинув ногу на ногу и подперев подбородок костяшками пальцев. За окном мелькали дома и витрины магазинов. Мужчина смотрел на людей, суетящихся, словно муравьи. Там, среди этих снующих фигурок был и Урью. Глупый мальчишка. А может, это Бьякуя глуп, раз не понимает того, кого едва ли не сам вырастил.
Надо поговорить с отцом. И, кстати:
- Фума, ты собрал досье?
- Да, Бьякуя-сама.
- Очень хорошо, Фума. Когда вы начали? - Бьякуя очень сомневался, что даже вездесущий Фума мог собрать досье на "Демона" так быстро.
- У меня есть выход на организацию боччана.
- Другими словами - это копия того, что разузнал братишка... очень хорошо
- Разумеется, мы постарались дополнить это и из своих источников.
Бьякуя посмотрел на Фуму, сидяшего рядом с водителем, и подумал, что похвалить в третий раз будет перебором, но Фума заслужил.
- Вы хорошо поработали.
Фума кивнул и развернулся на кресле. Старик знал Бьякую, как никто другой и чувствовал себя польщенным.
До самого дома Бьякуя не проронил больше ни слова

Отредактировано Byakuya (2010-09-21 00:33:24)

Бьякуя тщательно вымылся под душем и опустился в фуро. Горячая вода с эфирными маслами приняла его тело в свои объятия. Ками-сама! Как же ему не хватало это там, за морями. Гайдзины... они совершенно ничего не смыслят ни в собственной гигиене, ни в водных процедурах.
Мужчина на полчаса выпал из раельности. Блаженных, счастливых полчаса. А потом пришлось снова возвращаться в этот мир.
Ну да ничего. Это не надолго.
Снова омыв себя под душем, Кучики взялся за полотенце. Несколько минут жестких растираний и можно завернуться в простую и приятную ткань юката. Затем расчесать волосы и заняться, наконец, тем, что собирался сделать еще вчера.

Бьякуя вернулся в свою комнату и сел посреди комнаты, скрестив ноги. Полированное дерево ножен глухо стукнуло о татами рядом с мужчиной, а стальная, идеально изогнутая, полоса стали перечеркнула бедра. Было приятно ощущать тяжесть Сенбонзакуры. Меч - душа воина, душа мужчины. Они едины. Бьякуя соединил указательный и большой пальцы и уложил руки на колени.
Медитация. Для кого-то это странное и бысмысленное занятие, кто-то ищет мистики или просто ответа на вопрос: "А зачем, собственно, это делать?" Для Кучики ответ был неважен, откровенно говоря, для него просто не  существовало такого вопроса. Поэтому он сейчас сидел на полу по центру своей комнаты, скрестив ноги и ровно держа спину, а на его коленах лежал обнаженный клинок.
Бьякуя медленно погружался внутрь себя, в свой внутренний мир. К тому, кто жил внутри него. Единственному жильцу своего внутреннего мира.

Кучики раскрыл глаза. Перед ним рпстиралась бескрайняя водная гладь, из которой то тут, то там выростали могучие, кряжистые деревья с темной корой. Сегодня они цвели. Это было прекрасно, а еще это значило, что душа Бьякуи оживает. Мужчина поднялся на ноги. Хотелось немного пройтись и, хотя Бьякуя очень желал увидеть Кагеоши, полюбоваться цветущими сакурами. Ведь здесь они цвели гораздо реже, чем те, что росли в личном саду поместья Исида.
Кучики прошелся по бамбуковой гати, а потом тихо позвал.
- Сенбонзакура.
- Хозяин, - тут же отозвался цветущий мир, и навстречу мужчине порхнул молодой воин в полном боевом доспехе.
Сенбонзакура словно материализовался среди благоухающего великолепия и почтительно замер перед своим повелителем. Высокий, изящный, даже в доспехе, юный. Сомен, изображающий оскаленную демоническую рожу, совершенно скрывал лицо самурая, но все же юность просто сочилась из-под красного дерева, струиась по длинным, роскошным волосам, собранным в высокий хвост, облегала стройную спину и стекала по длинным ногам, искрилась в глубоком и чистом голосе.
- Твоя душа снова цветет, хозяин. Я счастлив. - Сенбонзакура почтительно и изящно поклонился, непостижим образом сохраняя достоинство.
- Эти цветы скоро исчезнут, - тихо ответил Бьякуя, - и это моя вина. Ибо я совершил то, чего не должен был совершать.
- Время покажет, хозяин, но сейчас твоя душа цветет. Впервые, после столь долгого перерыва.
Кучики убрал руки в рукова юката и пошел по бамбуковому настилу между цыетущих деревьев. Самурай в маске тихой тенью скользил рядом.
Эти прогулки были одной из немногих радостей главы шестого отдела корпорации Готей-13. В самом деле, что может сравниться от удовольствия от гуляний среди прекрасных дереьев с идеальным спутником?
Сенбонзакура полностью разделял мнение Бьякуи и в этом вопросе. Пожалуй, в этом вопросе бельше, чем в любом другом.

За окном уже стемнело. Сколько же времени он провел в своем внутреннем мире?
Бьякуя медленно поднялся. Тело слушалось плохо, а значит, он промедетировал несколько часов. Какая бездарная трата времени, но в душе царил покой. Впервые с тех пор, как Бьякуя вернулся в Японию.

Словно услышав, что хозяин закончил с медитацией, в двери потучали. Бьякуя узнал стук Фумы.
- Заходи, Фума, - мужчина вогнал клинок в ножны и отнес катану на подставку.
Старик, трогательно семеня внес поднос с чаем и странным свертком.
- Укитаки-сенсей прислал вам подарок к возвращению.
- Я польщен. Составь сенсею благодарное письмо с извинениями за то, что до сих пор не смог посетить его
Бьякуя садится за низкий столик и разворачивает подарок, пока старик наливает чай. Подарком оказалась небольшая рамочка, внутри на рисовай бумаге безупречной калиграфией было начертано рукой Укитаки-сенсея "Принципиальность, заключенная во взгляде".
- Спасибо, сенсей, - Бьякуя почтительно отложил рамочку и приступил к чаепитию.
Вообще-то, Бьякуя предпочитал заваривать чай сам, но сегодня он ничего не имел против чая старого Фумы.

Однако насладиться изысканным напитком Кучики не дали. Пронзительно зазвенел телефон длинным междугородним звонком. Фума поспешно просеменил к аппарату и снял трубку.
- Резеденция Исида, чем могу быть полезен? - старик некоторое время слвшал, а потом протянул трубку хозяину, - Бьякуя-сама, это звонит ваш страховой агент из-за границы.
Мужчина принял трубку и вылушал неприятные новости.
- Вы знаете, что делать в таких случаях, - холодно сказал он агенту и повесил трубку.
Старик внимательно наблюдал. Хозяин не стал возвращаться к чаю, а значит, случившееся достаточно серьезно.
- Фума, мой особняк сгорел.
- Это большое несчастье, Бьякуя-сама. Но разве он не был застрахован.
- Это всего лишь деньги, Фума. Они вернут мне деньги, но не вернут память... все вещи Хисаны были в этом доме... это невосполнима, Фума.
- Возможно, судьба говорит вам хабыть госпожу?
- Фума, - тихо произнес мужчина, и старик поспешно склонился в поклоне.
- Простите мне мою дерзость, Бьякуя-сама. И позвольте доложить, что мы нашли Исиду-саму. Прямо сейчас он находится в казино. Изволит играть в дурака.
Бьякуя сдернул юкаБа на полпути к шкафу, но старый Фума, уже открыл дверцу и протягивал господину белоснежный костюм и голубую рубашку. бьякуя оделся так, словно ставил рекорд, а потом сорвался в сюнпо, едва обувшись.

------>  Казино